346

Чайка летела на вихристую мойку, выкинул рубль только в помойку.
Купил себе драндулет, а потом купил туалет.
Покупал то, что хотел, рыбу заморскую съел,
Съел карася, а потом морского ежа, посидел, попил, и поел,
только ужа я не доел,
И пошел я домой, сытый, голодный, но только живой,
но очень голодный.
Встретил жену по дороге домой, кот орет в подвале сырой.
В доме хоть шаром покати, надо будет с женой развестись.
Нечего жрать, даже нечего класть, что закину теще я в пасть.
Теща тут говорит: у меня огонь горит, буду жарить я салаку
и сварю тебе я манку.
Что я курица тебе, жрать салаку, а после кашу!
Пистолет себе достану, все, я тещу расстреляю,
Пусть себе пожарит хлеб, на волю выпускаю свой я гнев.
Сел за стол, в руках морковка, тут поет еще япошка.
Тут сказать здесь нечё жрать, жена дает такой указ.
Будешь морду воротить, будешь есть одну лишь гниль.
Тут взорвался я тогда, говорю тебе жена
Мало вас гонял по крыше, не кричи, вдруг мать услышит.
Мне плевать, что она спит, и в две дырочки сопит,
Лучше мне ты стол накрой, а то я стал с тобой седой.
Целый час она колдовала, но на стол она все достала:
Водку, пиво и вино, колбасы и толокно,
А потом еще картошку, банку кильки и селедку.
Аромат идет в квартире, будто кто насрал в сортире,
Но я на это не смотрел, сильно жрать тогда хотел.
Выпил водки, выпил квас, дал жене я прямо в глаз,
Чтоб на будущее знала и меня не доставала.
Ну а теще дал в пятак, и у ней такой синяк,
Чтоб неповадно было ей говорить всегда мне «нет».
А потом пошел прилег, и в кровать я прямо слег,
И, конечно, засопел, и, конечно, захрапел.