Преданность

Где вас искать, не знаю,
Но знаю, от меня вы далеко.
И вас увидеть я мечтаю,
Но вас увидеть нелегко.
Нелегко даётся эта верность,
Хочется всегда к вам бежать.
И за эту преданную верность
Хочется вас одну лишь целовать.
Но кругом столько здесь соблазна,
Женщин здесь не сосчитать.
Но жизнь моя течёт однообразно,
И хочется вас мне целовать.
Здесь предложений — только деньги,
Только деньги подавай.
Давно забыли все о чести,
Любовь — этот тот же каравай.
Когда ты хочешь любовью насладиться,
Ты делишься последним тем, что есть.
И тебе не нужно за стол садиться,
Достаточно на земле поесть.
Ты караваем делишься и, значит, своей любовью.
Ты делишься чувствами, что в тебе кипят.
И самому близкому и дорогому
Ты сердце бедное готов отдать.
Откликнись, друг, и отзовитесь,
Готов бежать я по пятам.
Ко мне рукою прикоснитесь,
Слегка меня поцеловав.
Но вас не вижу я, страдаю,
Где мне вас ещё искать?
Стакан водки себе я наливаю
И начинаю проклинать
Тот день, когда вас я встретил,
Поднял с земли ещё платок.
И вот тогда ещё заметил —
Вы всё смотрели на восток.
Хотел я с вами уединиться,
Да вы сказали: «Ни к чему».
Хотел перед вами повиниться,
Что я безумно вас люблю.
Но вы уехали в карете
Меня оставив одного.
И вот сижу я на паркете
И пью холодное вино.
Москва — деревня всё ж большая,
В Москве мне вас очень трудно отыскать.
И вы по-прежнему холостая,
Как трудно вам всё же друга подыскать.
Я вас ищу в Твери, вас нету,
И еду я уже в Москву.
И я заказываю карету,
По всей Москве я вас ищу.
Я вас ищу, поверьте, боже,
Хочу вам сердце своё отдать.
Но одно меня тревожит —
Что не смогу вас отыскать.
Но пока во мне живёт надежда,
Я буду вечно вас искать.
Готов бежать к вам без надежды
И как Христос ещё страдать.
Пускай будет вьюга и метели.
Пойду за вами прямиком.
Пойду за вами без кареты
И, если надо, босиком.
Где вас искать, уже не знаю.
Уже объехал всю Москву.
Себе в стакан я наливаю,
И от тоски я водку пью.
Мне говорят, что вы в Париже,
Что вновь даёте там концерт.
И скачу скорее я по крышам,
Держу в руках письмо-конверт.
А вдруг вновь не смогу вам объясниться,
Что я безумно вас люблю.
И начинаю я креститься,
Святую воду даже пью.
Я зажигаю даже свечи,
Крещусь, молюсь колоколам.
Встаю на колени у мечети
И складываюсь вдвое пополам.
Молю об одном — чтоб были вы в Париже,
Чтоб смог в Париже вас найти,
И чтоб сказал я под церковной крышей:
«Не пора ли нам союз объединить?»
И вот я еду, я лечу в карете.
Мелькают сосны, ели, даже облака.
А вы, наверное, в постели
И думаете: «Какой же всё-таки болван».
Раз не дала ответа сразу
И не сказала: «Надо подождать»,
Тогда для чего сюда за мною ехать
И для чего тогда меня искать?
Ведь я надежды вам же не давала
И не давала думать так.
И только вам одно сказала,
Что вам любить меня — такой пустяк.
Ведь вы найдёте мне ещё замену
И другому будете поклоняться божеству,
И вот садитесь вы в карету,
Вы извините, я спешу.
И вот трясусь в карете этой
И вспоминаю монолог.
И всё же видеть вы меня хотели,
За это я ручаюсь и даже головой.
В Париже еду и с надеждой,
Что я увижу вас одну.
Ямщик, сидя на двуколке,
Свою песню затянул.
И я уснул под эту песню,
И мне приснились только вы.
Меня тряхануло на пригорке,
Где сидели две совы.
Вот часовой и караульный,
Проверив паспорт у меня,
Сказали: «Впереди там есть таверна,
И там всегда есть вкусная стряпня».
Но я там даже не остановился,
Проехал мимо я стряпни.
Я только там лишь разозлился,
Что мой ямщик нажрался вдрызг.
Нашёл другого бедолагу,
Он за красненькую меня повёз.
Того же пьяного стилягу
Ругал матом, чтоб замёрз.
И вот Париж, и дамы в шляпах.
Во фраках ходят мужики.
У них там мода ходить всё в тапках,
У мужиков торчат усы.
Я разъезжаю по Парижу,
В руках держу заветное письмо.
В надежде, а вдруг вас увижу.
Летит с кареты колесо.
Я было чуть не чертыхнулся,
Обматерил я всех подряд,
О чей-то камень я споткнулся,
Сказал я, там какая б… .
Повозку долго мастерили,
Колеса было не найти.
Матом всех отматерили,
Чтоб колесо быстрей нашли.
И вот афиша, вы в Париже,
И что сегодня даёте бал.
Ямщику сказал: «Потише»,
Чтоб лошадёнку он не гнал.
Душа моя затрепетала,
И слёзы вылупились из глаз.
Моя душа — она летала,
Я вас увижу ещё хоть раз.
Вот и вы, и вы поёте,
Я слышу голос несравненный ваш.
Как будто вы меня зовёте
И что-то пишете на карандаш.
Я подхожу к вам весь в смущенье,
Три слова не могу связать.
У меня исчезло вдохновенье,
Что не могу ещё летать.
Я весь трясусь и перед вами
Дрожу, как листик на ветру.
Хочу сказать: «Хочу быть с вами»,
Но почему-то я молчу.
Я подаю письмо в конверте,
Его писал своей рукой.
Хочу сказать: «Вы мне поверьте,
Человечек дорогой».
Вы улыбнулись очень сладко,
Лёд растаял аж в груди.
И вы сказали: «Это сказка,
Что вы в Париже. Это вы?»
Вы не верили мгновенью,
Вы не верили часам.
Я видел у вас ещё сомненье
И видел это по глазам.
У вас в глазах летали искры,
В них была нежность, красота.
Вы целовали меня глазами,
Мои влюблённые глаза.
Но как всегда вы торопились
И на прощание махнули мне рукой.
Со мной на этом месте вы простились
И сказали: «До свиданья, дорогой».
Вы тихо, медленно читали
Мои строчки с запятой,
И обо мне вы вспоминали,
Что я уже немолодой.
Карета ехала, качалась,
И на ухабах всё трясла.
Ваше сердце тосковало,
И грусть за душу брала.
Читая милые те строки,
Что выводила моя рука,
Вы для себя давали сроки,
Чтоб моя душа не умерла.
Глазами медленно читая строчки,
Вы познавали этот мир.
Мечтали вы всегда о дочке,
Пока не выбран ваш кумир.
Я вам писал, что сердце гложет,
Что в нём есть страсть, совесть и любовь,
Что моё сердце на пьедестал лишь вас положит
И загорится, как огонь.
Но страх живёт, он даже тлеет,
А вдруг не выберете меня.
Меня надежда только греет,
Вы узнаете из письма,
Где я живу одной надеждой,
Чтоб вновь увидеть только вас,
И возношу я вас с надеждой,
Ваш облик как иконостас.
Когда моё письмо прочтёте,
Вы вздохнёте не спеша.
Самой себе вы улыбнётесь,
А как же всё ж бегут года.
Бегут года, как эти строчки,
Которые нанизываете иглой.
И только в сердце остаётся
Горько-сладкою слезой.
Идут побеги,
Идёте вы по мостовой.
И я вас обязательно встречу
И особенно весной.
Может, когда вас встречу,
Ваш знакомый облик, сан,
Перемену в вас замечу,
У вас будет очень чудный стан.
Идти вы будете, светиться,
Что жизнь полна давно любви.
Вы к жизни будете стремиться.
Стою я, глядя на часы.
Идут часы, спешат всё стрелки,
На циферблате ровно шесть.
Как я хочу увидеть ваши руки
И к ним губами ещё прилечь.
Быть может, в сердце отзовётся
Тот нескончаемый мой крик,
И слеза у вас прольётся
На мой глубокий ровный стих.
Хочу увидеть ваши руки
И ваши руки целовать,
Но принимаю только муки.
Вы заставляете меня страдать.
Когда-нибудь я вас увижу
С улыбкой счастья на лице.
Я кое-что ещё предвижу,
Но расскажу я вам в Москве.