255

Снег у крыльца как песок зыбучий.
Вот при такой же луне и без слов,
Шапку из кошки на лоб нахлобучив,
Тайно покину я отчий кров.
Много гулял, много я странствовал,
Но во мне горела надежда моя.
Хотя и много я пьянствовал,
Но надежда во мне всё жила.
Я надеялся: снова увижу хоромы,
Милую мать, дорогого отца.
Переправлялся я на паромах,
Чтоб снова увидеть, как вставала заря.
Вы не представляете, как надежда теплилась,
Она вся горела, даже цвела.
Она во мне вся колосилась
И во мне всё время жила.
И вот я у дома, у родного порога.
Мать меня встречает дрожащей рукой
И про себя всё причитает:
«Приехал сынок, сынок дорогой!»
Отец был на мельнице, был очень простужен,
Доняла его хворотьба.
На войне ещё был контужен,
Разболелась у него голова.
Мать суетилась всё с дрожащей рукою:
Наконец-то Валерка приехал, подлец!
И трясла ещё своей головою,
На голове поправляя старый чепец.
Печка дымится весело, дружно.
Поленья горят синим огнём.
Где же моя знакомая кружка?
Вместе мы с ней дружно споём.
Самовар всё пыхтит, пар всё пускает,
Кипяток бежит тонкой струёй.
Мама мне чай наливает
И подаёт дрожащей рукой.
Мама моя, присядь, дорогая,
Не суетись ты возле печи.
Лучше попей со мной чаю
Да поешь, дорогая, свои куличи.
Трепетно маму свою обнимаю
И прижимаюсь к ней своею щекой.
Маме своей слезу утираю
Своею свободной правой рукой.
Вот и отец на телеге подъехал.
«Хвост коромыслом! Валерка, ты здесь?!» —
«Да, ненадолго, отец, я приехал.
Осень настанет, и полетит твой птенец».
Водочку дружно соорудили.
Мать огурцов ещё принесла.
И до утра с отцом мы всё пили,
Мать под окном нас всё ждала.
Вот и заря стала смеркаться,
Пропел уже четвёртый петух.
Настала пора нам расставаться,
Ветер из дома сильно подул.
«Что же, Валерка, ты уезжаешь?
Побыл бы в доме ещё до зимы,
Соседка у меня всё вопрошает:
А не пишет Валерка у тебя, чай, стихи?
Взял бы почитал ей до рассвета,
До первых ещё петухов».
Да в руки попалась мне эта газета,
Читал её до вторых петухов.
Осень настала, листва полетела.
Отец меня всё понукал:
Внуков понянчить мать захотела,
Что не женился, за это ругал.
Повозка набита моим малым скарбом.
Мать рыдает вовсю.
Мамочка милая, мама родная,
У тебя прощенья прошу.
Прости меня, нерадивого сына,
За всё, дорогая, прости.
Когда уезжал, собака скулила,
Отец вытирал слезу о портки.
Дорога трясёт по ухабам и кочкам,
Еду встречать новый рассвет.
Узелок завязала мама замочком
И положила туда хлеб да кисет.